— На чем же они прокололись? — с интересом спросил Блейд. Таких подробностей в газетах не было.

— Перед самым отходом внезапно всплыла еще одна крупная партия порошка. Что делать? Среди грузов был арабский текстиль в больших картонных коробках. Люди Энрикеса, не мудрствуя лукаво, стали ссыпать порошок внавал в такие же коробки, скрепляя их липкой лентой. Святая простота, вы не находите? Не успело судно отойти на пятьдесят миль, как разыгрался небольшой шторм. В грузовом отсеке что-то сорвалось, часть коробок была расплющена, у бесстрашных мафиози сдали нервы, и они ринулись спасать драгоценный груз. Тут осведомитель Интерпола подал сигнал, на высадили десант с вертолетов и взяли разом и товар, и всю шайку. Показания этих бандитов обличают дона Энрикеса на все сто, так что десять лет отсидки ему гарантированы, — Ли зажег новую сигару и задумчиво добавил: — Может быть, пятнадцать.

— Пятнадцать — это хорошо. Лучше только петля или гильотина, — с философским спокойствием заметил Блейд. — Значит, ему надолго испортили настроение?

— Вне всякого сомнения, — проворчал полковник, раскуривая гавану. -Да, неплохая операция! Оставалось только сцапать Энрикеса, что и было поручено нашим доблестным полицейским силам.

— Но, кажется, все прошло успешно? — Блейд попытался припомнить, что сообщалось в столбцах криминальной хроники.

— Не совсем, нет, не совсем…

— Разве его упустили?

— Нет, взяли. Но сразу же акции наших коллег из СкотлендЯрда резко пошли вниз.

— И кто же играет на понижение?

— Наш португальский джентльмен, разумеется. У него широкая натура южанина, и своими неудачами он готов поделиться с хорошими людьми бесплатно. — Улыбка Ли выглядела слегка натянутой. — Перед самым арестом в его доме побывал торговец контрабандными алмазами, некто Джон Элфин, южноафриканец.