Которые наносили вполне реальные раны… Что же это такое? Как?.. Почему… Князь прижал меня одной рукой к себе, и что-то гортанно прокричал. Снежные фигуры на несколько мгновений отступили, а потом вновь бросились в атаку. Почему мы не убегаем? Почему топчемся на месте, не слезая при этом с беснующихся лошадей? Одна из фигур повернулась ко мне, и я увидела темно-зеленые точки там, где должны быть по идее глаза.

— Княже! — закричала я в ужасе и зажмурилась. Горло рванул болью. Неважно, потом, все потом…

Лошадь под нами гарцевала, снова что-то крикнул на непонятном языке Северин… Вой ветра, ржание, голоса, все смешалось в единую какофонию, наводящую даже не страх — ужас…

— Не бойся, — на ухо проговорил мне Северин, крепче притискивая к себе. Я в свою очередь наплевав на воспитание и вдолбленные с младенчества принципы, сама вцепилась в Князя руками и даже умудрилась ноги через его бедро перекинуть! — Тс-с, принцесса, твой страх их привлекает. Ну, хватит уже… Проклятье! Что именно случилось я не сообразила, но что-то прошлось по моему боку, впрочем, лишь слегка, с краю. Мигом позже это место взорвалось болью. Из горла вырвался придушенный хрип… Потом мир завертелся, закрутился, ветер оглушительно взвыл… и все стихло. Когда я рискнула открыть глаза оказалось что Князь стоит по колено в снегу, а я вишу на нем, вцепившись как перепуганная кошка в ветку. К нам уже спешили прочие, переговариваясь между собой на своем языке. На лицах было написано волнение и изумление, но не был страха… это почему-то поразило больше всего. Подняла голову и встретилась глазами с Северином.

— Лазорь, — выдохнул он сквозь сжатые зубы и улыбнулся, хотя эта самая улыбка на заляпанном кровью лице смотрелась жутковато. — Можешь меня отпустить. Я спохватилась и разжала ноги. Хорошо хоть он додумался придержать меня, а то так бы и упала на потеху всем.