- Ну что, — сказал карлик. — Саркома легких. Последняя стадия. Метастазы, химиотерапия эффекта не дала. Больная неоперабельная. Почему вы всегда приходите в последний момент? Вам же дороже обойдется. Впрочем, вопрос риторический. Брошюру читали?

  - Да, — ответил я неожиданно осипшим голосом. Прокашлялся и повторил: — Да.

  - Вот и хорошо, — пробурчал карлик. — Значит о возможностях в оплате в курсе. И что выбираете?

  - У нас нет таких денег. Так что и выбора нет.

  - Выбор есть всегда, — наставительно ответил тот. — Можно повернуться и выйти. Это дело совершенно добровольное. Нет?

  Я промолчал. Сам козел прекрасно знает, что кто не хочет тот и не придет.

  - Ну, что ж. Сейчас пройдешь в конец коридора на осмотр. Там на дверях кабинета написано медицинская проверка. Посмотрим, на что ты годишься. Там у тебя будет последняя возможность отказаться. С того момента как мы займемся твоей матерью, дороги назад не будет — это понятно?

  - Да, — снова односложно ответил я.

  - Вот и ладненько. Это твое направление, — быстро черкая что-то на листке бумаги, сказал карлик. Можешь идти.

   Я вышел в коридор и зашагал по коридору, не оборачиваясь на заинтересованно посмотревших очередников. У каждого свои проблемы и здесь не экзамен, чтобы подсказывать. На ходу попытался прочитать, что написано в направлении, но кроме собственной фамилии и имени, отпечатанных по-русски все остальное было заполнено непонятными иероглифами. Дойдя до последней двери в коридоре постучал и, приняв неразборчивое бурчание раздавшиеся оттуда за разрешение, вошел.

   В кабинете несколько длинноногих девиц в белых халатиках и шапочках гоняли чай с бубликами и моему появлению не сильно обрадовались.

  - Поесть спокойно не дадут, — совершенно не стесняясь, заявила одна из них в пространство.