- Не старайтесь, - прошелестел бесцветный голос Блинка. Вы тысячи лет будете искать истину, которой я уже владею. Смирите гордость мнимых владык земли маленьких и несчастных, и идите ко мне...

- Нет!!! - Кайзер откинулся назад и едва не упал на спину. - Сумасшедший, сумасшедший, сумасшедший?!

- Тогда прощайте. Бойтесь злых влияний бурного солнца, что сеют болезнь ума, и знайте: людей объединяют незримые и сверкающие волны. Несчастье передается, счастье передается, зло передается, добро передается волнами. Примите эту каплю знаний в подарок и уходите Иначе сердце одного из вас не выдержит.

Словно мягкая рука отодвинула Осоргина и отодвигала все дальше и дальше от Блинка, но почему-то он не ощутил ни cтpaxa, ни волнений. Пятясь вместе с Кайзером, он видел, как уменьшалась фигура их бывшего товарища, а глаза его вопреки законам перспективы, наоборот, росли и росли. И блеск этих огромных, неподвижных глаз был сух. Как мертвый блеск слюды.

Им показалось, что прошли секунды, но неожиданно они обнаружили, что стоят на поляне возле сброшенных рюкзаков. И тут они словно очнулись. Молча, не обменявшись ни единым словом, они легли в тень и долго лежали там, бесконечно опустошенные.

Потом они нашли в себе силы вновь двинуться к месту, где был Блинк. Но там его уже не оказалось.

Напрасно кричали они до хрипоты, тщетно обшаривали окрестности - всюду дремотно стоял бескрайний лес, не было в нем ни отзвука, ни следа. Много поздней, когда надежды совсем не осталось наступила ночь, сидевший у костра Осоргин уронил колени руку, в которой он держал обнаруженный в палатке дневник Блинка.

- Что? - едва слышно спросил Кайзер.

- Ничего, - так же тихо и удрученно отозвался Осоргин Он тщательно фиксировал ход опыта...

- И?

- И где-то посредине потерял самоконтроль. Похоже он слишком поздно понял...