- Извини, но у меня такое впечатление, что ты, когда зовешь его по имени, вроде как запинаешься.

  - Да? - удивился Рафик. - Наверное, не привык. Мы все имеем официальное имя по паспорту и кличку. А некоторые охотнее отзываются на прозвища. Вот Ярославом или Славой или тем более Вячеславом его никто никогда не называет. А, - махнул он рукой. - Когда мы познакомились, звали его Живой, а уже несколько лет зовут Гномом.

  - Как?

  - Есть причины, - смущенно сказал Рафик. - Даже куча причин. Кликуху не просто так вешают. И горшок с золотом имеется, и подземелья, и за работу, но тебе это сейчас ни к чему.

   - А тебя как зовут?

  - Чаще всего Безногим, понятно почему. Еще Соседом. Потому что не свой, но рядом. Там с этим очень четко. Есть Клан, где в роли крестного отца уселся Алексей. Это не банда, а вроде как племя. И солдаты, и крестьяне, и пастухи, и мастера. Все на клятве и присяге. Вступая в ряды, обязуюсь, и если нарушу клятву пусть покарает меня рука моих товарищей... Ну в таком роде. С меня одной присяги на всю жизнь хватило. Самостоятельно и так прекрасно прожить можно. Не гонят, как незаменимого специалиста, - он усмехнулся и не стал объяснять.

  - А у Гнома масса достоинств имеется. Во-первых, он у Зверя, в смысле у Лехи ходит в роли не то правой, не то левой руки. На самом деле указательного пальца.

  Таня согнула палец, - пиф, паф.

  - Ага, - кивнул Рафик. - В этом самом смысле. И при этом у них какие-то свои счеты. Зверь ему жизнь спас, и Гном себя считает обязанным. Вроде как долг отдает. Пока ответно жизнь не спасет, свободным считать себя не может. По тамошним понятиям, ему даже в голову стукнуть не может, что можно предать. - Он снова усмехнулся. - Только ты не думай, что это на тебя распространяется.