В воздухе тонким серым мягким прозрачным туманом витал табачный дым. Вместо окошек на улицу выходили иллюминаторы, снятые со старых вертолетов. Деревянные столики бара почти пустовали. Только несколько «долговцев» тихо сидели в дальнем углу. Артем и Макс подошли к барной стойке, а Чес сел за круглый столик у окошка. Артем тихо покашлял в кулак. К ним повернулся полного телосложения бармен, не переставая тереть полотенцем гранёный стакан. Из под густых седых бровей и низко опущенных век на Артема смотрели спокойные мудрые и заинтересованные глаза. Изогнутая коричневая трубка испускала мягкий аромат свежего табака. Щеки, покрытые мелкой седой щетиной, слегка шевельнулись, и из уголка рта вырвалась белая бесформенная струйка дыма. Бармен поправил смятую морскую фуражку и поставил стакан:

− Слушаю вас.

Артем не рассчитывал на вежливость, но не растерялся:

− Две бутыли водки, огурцы, мясо и хлеб, и комнату на ночь, пожалуйста! − добавил Артем.

Бармен записал все в блокнот и поднял голову:

− Сядьте пока за столик, вас обслужат. Комната третья. Ключ в двери.

− Спасибо!

Артем кивнул, и они подсели к Чесу за столик. Чес отстегнул шлем от своего костюма, и Артем впервые, несмотря на долгий совместный путь, увидел лицо этого человека. Со всей головы, устремляясь вниз и опускаясь на плечи, висели толстые длинные сплетения из волос − дреды. Они параллельно друг другу спускались с плеч, перекрещивались, переплетались и образовывали бесконечные полосы из волос. Лицо было светлого, почти бледного цвета. Длинный нос и немного впалые щеки, широкие карие глаза и тонкие черные брови. Его лицо было одним из тысячи лиц, увиденных Артемом за свою жизнь. Ничего необычного. Ничего особенного…

Бармен еще что-то записал, пошевелил губами и повернулся к двери позади.

− Уля! Давай, обслужи Гофа и его друзей! − проговорил бармен, постучав по двери пальцем.