− Что-то не нравиться мне все это! Больно тихо… − проговорил Макс.

Артем за ремень стянул с плеча винтовку. Макс быстро сунул КПК в нагрудный карман и достал из кобуры «беретту». Они медленно стали приближаться к дому. Артем кивнул на стоящий возле сгнившего крыльца мотоцикл с коляской. Свежие борозды от самой дороги тянулись к его колесам. Деревянные стены дома целиком обросли мхом. Боковая стена полностью обрушилась, и на её месте вздымалась груда обломков. Приятели вступили под навес сгнившего крыльца как раз в тот момент, когда с пугающим грохотом черное небо прорезала длинная ломаная линия голубой молнии. По прохудившимся крышам старых домов забарабанили мелкие капли.

Артем начал медленно продвигаться вглубь развалин. В нос ударил сильный запах гнили и сырости, шедший от рваных серых обоев, свисающих со стен бесполезными лохмотьями. Под ногами хрустели осколки стекол и куски разбитого кирпича. Артем заглянул в первую комнату: посреди комнаты стоял перевернутый каркас кровати. С потолка на черную тумбочку падали капли. Тем временем Макс осмотрел вторую. Здесь до самого пола свисали прогнившие доски потолка. По ним ручейками скатывалась дождевая вода. Опять ничего… Меж тем, откуда-то из глубины дома лился тусклый свет… Через некоторое время Артем нашёл просторную комнату, где на столе стояла керосинка и мелькала маленьким желтым огоньком. Несколько стульев валялось на полу. И снова не оставляющий ни на миг гулкий звук падающей воды… Артем опустил винтовку и посмотрел на Макса.

− Ну?

Макс приложил палец к губам и взглянул на ПДА.

Внезапно в тёмном углу послышались шаги и неясная возня. На свет вышли двое…

− Стоять суки!

Пальцы Макса разжались, и ПДА с грохотом ударился об сырые доски пола.