Дхошуа шагнул вперен и положил на голову Саймона свою единственную руку.

- Я назначаю тебя моим рыцарем, Сеоман. Оруженосец! - Дхеремия вышел вперед.

- Я здесь, принц. - его голос слегка дрожал.

- Принеси его меч.

Дхеремия приблизился к ним с клинком в руках. Блеснуло острое, прекрасно оптированное лезвие. На мгновение Саймону показалось, что это не Тори, но через секунду он понял, что ошибся от волнения. Как можно было не узнать знаменитый Торн?!

Свершается... Великое событие, которого он ждал так долго. Саймон дрожал от восторга и нетерпения. Рука Дхошуа на голове показалась ему такой же тяжелой, как меч в руке. Саймон смотрел в землю, чтобы никто не видел, как он покраснел.

Пока Джошуа пристегивал ножны к его ремню, Саймон взял меч, дрожа, поцеловал его и сотворил знак древа, словно посылая его к ногам прннца.

- На службу вам, сир.

Принц взмахнул рукой, достал из ножен сверкающий Найдл и возложил его на плечо Саймону - на правое, на левое и снова на правое.

- Перед лицом Бога и товарищей своих встань, сир Сеоман. Саймон, пошатываясь, встал. Вот и все. Он стал рыцарем. Ему казалось, что душа его сейчас устремится к небу. Еще несколько мгновений держалась торжественная тишина - и грянули приветствия.

Через несколько часов после окончания церемонии Саймон проснулся от тяжелого и непонятного сна и увидел, что лежит на груде одеял. Тонкие лучи солнца пробивались сквозь щели шатра принца. Красная полоска света на руке Саймона была похожа на кровь.

Уже день, подумал он. Я спал, и это был ужасный сон.

Он высвободился из-под одеяла и сел. Тонкие стенки шатра раскачивались от ветра. Неужели он кричал во сне? Только бы этого никто не слышал. Вышло бы стыдно и глупо, если бы днем по всему лагерю разносились испуганные крики человека, утром посвященного в рыцари за храбрость.

- Саймон? - От стены отделилась маленькая тень. - Ты проснулся?