И все же я пришел в мир. Это непостижимо!

Мы подошли к зданию. Двери подымаются, уходят в стену, открывая вестибюль. Сворачиваем в коридор, попадаем в многоугольный зал.

- Я уже видел этот зал,- говорю Николаю Ивановичу и рассказываю о том, как решал задачу, стоя за окном.

На стенах зала вспыхивают сотни разноцветных огоньков.

Кажется, что это загораются под лучами солнца таинственные письмена.

К нам направляется тот самый молодой блондин, кото-рый беседовал с Ибн-Синой.

- Привет, Николай Иванович! - здоровается он с моим спутником, как со старым приятелем.- А кто с вами?

- Известный биолог и медик.- Николай Иванович называет мою фамилию.

Против ожидания, молодой человек не удивляется, не расплывается в восхищенной улыбке, не рассыпает почтительных комплиментов.

- Рад,- говорит он и представляется: - Ким, один из инженеров этого зала.

Он заводит с Николаем Ивановичем разговор о какой-то математической проблеме. Ким говорит быстро, отрывочно, словно жалеет энергию на слова или торопится. В наше время инженеры были не такими - более солидными с виду, держались степенно. А Ким совсем мальчишка. И к тому же это странное имя.

- Николай Иванович сказал, что вам нужно кое-что объяснить,- обращается он ко мне, и "Николай Иванович" в его устах звучит как "Николаныч".

- Вы находитесь в третьем кибернетическом зале,- говорит Ким.- Здесь установлены машины, моделирующие работу человеческого мозга.

Нервная клетка действует по принципу "да" или "нет", то есть проводит или не проводит в данное время возбуждение. В машинах функции клеток выполняют атомы.

Когда они заряжены квантами, соответствуют состоянию "да", когда не заряжены - состоянию "нет".

"Кибернетические", "кванты", "заряженный атом" - пытаюсь запомнить новые слова. Понимаю далеко не все, смутно улавливая суть.