Брожу по коридорам как последняя идиотка, совсем заблудилась, никакого выхода, окон – и тех нет. Только двери закрытые, надписи на неизвестном языке. На каком, кстати? На иероглифы китайские на похоже, на арабские червячки – тоже. Набор палочек, иначе не сказать. Набралась смелости, спросила у встречного человека, где тут выход. А он посмотрел на меня и закаркал что-то. Глянула я, мать моя мамочка! У него в глазах зрачки вертикальные, как у кошки! Глаза, да надписи, да карканье, да непонятные коридоры… Чёрт возьми, меня что, на корабль пришельцев занесло? Если так, думаю, конец тебе, Иришка, настал. Вот сейчас сведут тебя в лабораторию, разрежут на части, сошьют, а потом родишь ты инопланетянчика маленького, двухголового. Страшно мне стало, по-настоящему страшно, как поняла я, где нахожусь. А пришелец что-то прокаркал в переговорник на правой руке, выслушал ответ, снова каркнул, взял меня за руку и повёл. Пошла за ним, а какая теперь разница, куда-нибудь да приведет. Подошли к двери, он так, ручкой, заходи, мол. Зашла. Сидят двое. Первый – нормальный мужик, даже глаза обычные, серые, холодные, как стальные лезвия. Одет в светло-серый с белым мундир. Над левым карманом – три жёлтые четырех лучевые звёздочки в круге. Стрижен коротко, смугловатый, чем-то на птицу похож, видимо, тем, что нос у него слегка книзу загнут, и брови пышные, в разлёт, как орлиные крылья. Красивый мужчина. Но не так красив, как эстрадный звездило, раскрашенный под шлюху, а какая-то в нём особенная красота, мужская. Как увидела я его… эх… Вот прямо так и уткнулась бы мордой в грудь, да разревелась бы, как девчонка. Сама не знаю, как устояла. А второй… Не человек был второй. Если только не бывает людей с двумя рогами, торчащими из висков вперёд и с одним загнутым назад, начинающимся чуть выше лба. Хотя, правду сказать, рога выглядели ухоженными, даже как будто слегка отполированными. Более того, на них было надето что-то вроде симпатичных таких золотых наконечников.