— А может? — с интересом спросил Зверь.

— Э... ну сам понимаешь, некоторые заказы делаются слева и нигде не отражаются. Заводские получают артефакт лично в руки, потом отгружают товар без бумаг. Можно даже в бумагах написать нормальную цифру, все равно не проверить. А можно, — она усмехнулась, — и похимичить. Тут главное не наглеть, чтобы покупатель не обиделся. Все так делают.

— Живой, — сказал Зверь, — скажи Старшей, пусть позовет Койот с Охотницей.

— А она влезет? — с сомнением спросил я, глядя на тесное помещение.

— У входа посидит, — отмахнулся он.

Я вышел, старательно придерживая край занавески, загораживающей вход и оставляя щель. Если палатка закрыта, оттуда не доносится ни слова, затем ее и ставят, включая «Глушитель». А вот так, я могу спокойно слушать. Он что думает, что мне не интересно когда мою судьбу обсуждают? Прислушиваясь к разговору, просигналил радостно ухмыляющейся Старшей на боевом языке. Она кивнула и убежала. Я, изображая часового с бесстрастной мордой, постарался превратиться в большое ухо.

— Ты все правильно и хорошо сказала, — говорил тихо Зверь, — для Клана. А вот нафига тебе это лично нужно? Имей ввиду, я тебя из Треугольника не выпущу. Дороги назад для тебя не существует. Клятва — это очень серьезно. Меня не будет, Живого не будет, а Клан останется. Его интересы важнее личных.

А они... они не люди. В чем-то лучше, в чем-то хуже, но не люди. Психология другая, воспитание совсем не земное и... ты еще не видела, как травоядного в зверином облике валят. Это тебе не Волк из Форта с его вечными драками. Он просто развлекается, а они так живут. Ты вот знаешь, как Волк работает носом вместо детектора лжи? Так тут каждый может. Не так хорошо, как зверь, но может.