Сегодня я обнаружил в институтской стенгазете свой карикатурный портрет в траурной рамке. С наглой надписью вверху: “Светлый образ — грязными руками не трогать”. И возмутительным текстом внизу: “Сержант Прозоров, произведя задержание мочи для анализа, пал смертью храбрых”.

Товарищ майор. В нашей дежурке, возле шкафа стоит невзрачный такой монитор. Едва коснешься его контактных тродов, и ты уже ТАМ, перелетел как параметр в игровую функцию, в интерфейс какого-нибудь персонажа. Снял руки с тродов — и ты снова ЗДЕСЬ. Прыг-скок, там-здесь.

В нашей реальности хозяйничает мокрый противный ветер, лупит вовсю по стеклам, задувает в щели, а я коснулся тродов и… Солнце сияет расплавленным пятаком, где-то вдалеке с крыши небосвода скатывается стайка надувшихся тучек, а над тобой, как на полянке, кудрявые облачка пасутся. Вокруг рощи, в кудрявых кронах березок и дубков играет блестящий воздух. Трава-мурава, что бархат. Поодаль холмы, как подушки зеленые. Между холмов речушка запуталась, а за ними маячит море голубым дымком. Благодать! И забегая вперед, отмечу, что никакие контакты интимного рода не грозят СПИДом.

Но до идиллии в игровом мире тоже далеко. Хорошо проглядывается то ли скала, то ли парашютная вышка, а на ней похожий на чайник терем-теремок Кощея Бессмертного. Это, если забыли, легализованный нами программный паразит. Забирает себе время, выделенное системой на существование других объектов. Его собственный деструктор тщательно замаскирован.

Стал собирать я информацию, опрашивать обиженных и обманутых Кощеем.

Как выяснилось, большую часть времени оный злодей спит, укрепляя свое бессмертие. А когда не спит, то питается, пожирает чужое время.

Отнимает он драгоценное время у Елены Прекрасной, которая сидит у него в светелке и даже не пытается дать деру. Теряет время и Василий-царевич, который в темнице стонет и кряхтит, потому что Кощей лично сломил ему волю.