Осмотрел запас взрывчатых стрел, лежащих в специальных тубусах. Они представляли из себя обычные древки к которым вместо наконечников были прикреплены стреляные гильзы усиленные спецоболочкой и заполненные акритом. Пересчитал лежащие в корзинах с опилками пять дюжин увесистых гранат снаряженных "акритом" и имеющих в качестве поражающего элемента кусочки железа. Ласково погладил двухметровые ящики и буквально сдул с них пыль, с особыми стрелами для тяжелых арбалетов "эрликон", также снаряженных акритом. Он хорошо подготовился к этой экспедиции. С таким оружием уже можно было завалить любого дракона. Честно говоря, Влад стал планировать всерьез эту операцию только тогда, когда у него в арсенале появился боезапас для "эрликонов".

За два часа до старта Влад зашел на огороженную колышками территорию будущего крейсера. Придирчиво осмотрел четыре установки с тяжелыми арбалетами. Произвел смотр экипажа и проверку личного оружия. На крейсер грузили последние припасы, вбивали резервные столбы-упоры, складировали и закрепляли запасы округлых камней и стрел.

Конунг сел в капитанское кресло. Слева было встала Катерина, но узнав, где будет у корабля нос, вместе с Эльнуриэль убежала туда. Ее место тут же занял Скарви. Справа же от трона встала Марина, взявшая на себя функции первого помощника. Четверо рулевых послушно смотрели ей в рот. Между ними стоял небольшой стол, в центре которого вспухал сильмарилл черно-синим цветом глубокого космоса.

— Взлет! — негромко скомандовал конунг, дождавшись рапорта от Ингвара о том, что все припасы погружены, миссионеры размещены, а экипаж на борту в полном составе.

— Первый влево на один оборот! Второй вправо на один оборот! — легко грассируя, отдала приказы звонким голосом Марина. — Третий штурвал! Два с половиной оборота вправо!

Летающий крейсер ощутимо вздрогнул и начал медленно приподниматься, мощно и неумолимо вздымаясь ввысь всей своей многотонной массой, вопреки всем классическим законам физики и гравитации, а заодно и здравому смыслу для разума человека техногенной цивилизации. Хищный вытянутый силуэт каменного корабля, казалось, сам рвался вверх, из земли, навстречу своей судьбе, ибо только в полете и есть настоящая жизнь.