Влад ожидал увидеть около крепости воткнутые в землю на некотором отдалении горящие факелы или просто ярко освященные укрепления. Но в реальности периметр никто не сторожил и не патрулировал. Факелы еле горели на верхушках четырех башен, стоящих по углам прямоугольной крепости. На них, в свете этих факелов, виднелись неподвижные фигуры бдящих четырех часовых, по одному на каждую башенку. Яркий, ничем не маскируемый, свет бил из стрелковых бойниц в стене и стрельчатых узких проемов окон донжона. Влад и сам теперь услышал звуки пьянки и возни, о которых ему рассказал Хаген, звонко и призывно звучащих из крепости и далеко разносящихся в ночной тиши окрест. Гулянка там, за зубцами каменной твердыни в лесу, была знатная.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

"По сигналу огненной стрелы

На приступ с песней воины пошли:

"Мы захватим крепость во имя Маниту

И его докажем слова правоту!"

— Обороне крепости предстоит с рассветом пасть, мы туда ворвемся и будем всех… убивать! — сказал конунг эпохальные рифмованные строчки, ошарашив всю свою свиту и людей генерала Вита, вместе с самим Витом.

— Стрелок, сигнал! — громко сказал конунг своему лучнику, стоящему наготове со стрелой, обернутой паклей. Тот мигом опустил стрелу в горшочек с углями, подождал, пока пакля займется, и выстрелил вверх.

Увидев сигнал, лучники, до этого тщательно маскирующиеся вокруг замка, мигом натянули тетиву до ушей и выпустили стрелы по часовым на башнях. Что удивительно, ни один из часовых не упал и даже не закричал, когда в каждого воткнулось по полудюжине стрел.