— Сбегай-ка лучше к вышке, — так же лениво предложил другой, — может быть, повезет, появится какое-нибудь заблудшее сияние, и ты успокоишься.

У бригадира яростно вспыхнули темные глаза, но он перевел дух и скрылся в зарослях.

Сменяемые поворочались в креслах, и один из них спросил у Альвареса:

— Это в самом деле что-нибудь из ряда вон выходящее?

— Пока мы еще не знаем.

Перед самой перекличкой бригады психоаналитик Роу позвонил нашему бригадиру и взмолился: "Ребята, полдня задержки. Передайте той бригаде: если смогут, пусть подождут. В крайнем случае начинайте смену без меня, а я подлечу попозже". Причин задержки он не объяснил, но умолял не заменять его запасным. Говорил, что дошел до предела и без нашей тяжелой работы свалится. Вид у него в самом деле неважный…

— Влюбился, вероятно…

— Не думаю… Он постоянен.

— Вот как? А каков предел в этом вопросе?

— Вам, чертям, после смены этого не понять.

Лениво посмеялись. Заместитель бригадира новой бригады — светловолосый мулат Толя Альварес — решил:

— Мне кажется, что дело даже не в нем. У вертолетчиков тоже смена, и пока примут машины…

— А что их принимать?

— Ну… просто поболтают… Тем более, пурга. Все-таки известный риск. И как там решит их начальство…

— А кто там сегодня?

— Сим Сато…

— Этот японец? Он помешан на осторожности!

— Слушай, а что, собственно, с ним произошло? Я имею в виду Сато.

— Обыкновенная история. Он из дальнего космического отряда. Вылез на какой-то астероид, попал под облучение, теперь вот оттаивает в нашем Заполярье.

— Такие сверхбдительны и суперосторожны.

— Когда клюнет тебя как следует, невольно подумаешь о других.

Разговор распадался и снова сливался, за ним стояло ожидание любимой работы для одних и встреч с любимыми для других, потому он казался неровным, взволнованным.