А после полудня священнодействовал у плиты. Профессор мог приготовить все, что угодно. Соусы и супы, жаркое и салаты, все получалось у него замечательно. Но, к величайшему сожалению для человечества, ни одно из блюд никогда не покидало пределов скромной холостяцкой квартиры.

Веспасиан Тиггз мог бы стать великим поваром. Если бы захотел.

Утвердившись в мысли, что перед ним подделка, он, тем не менее, пролистал книгу. Действительно, она содержала в себе кулинарные рецепты. Их было немного, но каждый из них оказался профессору вовсе не знаком. Это неприятно уязвило его самолюбие кулинара и эрудита.

Зажав книгу под мышкой, Тиггз решительным шагом направился к продавцу.

– Любезнейший, – сухим и неприятным голосом сказал он. – Я хочу приобрести эту книгу. Сколько она стоит?

– Минуточку, сэр, – владелец магазина взглянул на «Кулинарные Творения» с таким удивлением, словно видел их в первый раз. – Я должен посмотреть в записях…

Раскрыв толстую тетрадь в синем кожаном переплете, он принялся с тщанием переворачивать листы.

Профессор ждал, нетерпение его с каждой минутой возрастало.

– Что вы там возитесь? – не выдержал он, наконец. – Сколько же можно?

– Прошу прощения сэр, – продавец поднял виновато моргающие глаза, – видимо, я забыл сделать запись о поступлении… Будьте добры, там должен быть ценник внутри. Иногда я его вкладываю.

Веспасиан Тиггз принялся раздраженно листать книгу. Ближе к ее концу, зажатый между страницами, обнаружился замусоленный обрывок бумаги явно современно происхождения. Брезгливо подцепив клочок двумя пальцами, точно дохлую мышь, профессор выудил его и поместил на стол.

– С вас двадцать фунтов, сэр, – сказал хозяин магазина, издав едва заметный вздох облегчения.

Тиггз расплатился и, ухватив книгу под мышку, заспешил к выходу. Несравненное чутье, развитое за годы упорядоченной жизни, подсказывало ему, что он отстает от графика примерно на пятнадцать секунд.