— Хорошо вам говорить, — повторил он. — А кто из здешних решится с вами идти?
Кузнец опустил молот. Долго молчал.
— Вот я и говорю, — сказал колесник. — Никто не пойдет.
— Ключ — маленькое село. В Порогах и Кочерыжке народу гораздо больше.
— Нет уж. Сами знаете. Без солдат из Майены люди с места не сдвинутся. Сами знаете, как они думают: Воронов да Коротышей нетрудно взять на вилы, но что делать, если на нас пойдет кащей? Убегать в лес? А избы, вещички? Дома и поля на спину не взвалишь. А уж с кащеем нам не совладать.
— А откуда мы знаем? Кто его вообще видел? — крикнул кузнец. — Может, никакого кащея и нет? Только страху на нас нагоняет эта банда? Видел его кто?
— Не глупите, Микула, — понурился Радим, — Сами знаете: с купцами ходили те еще вояки, все по уши в железе. А вернулся кто из них с перевала? Ни один. Нет, Микула, говорю вам, нужно ждать. Правитель округа из Майены пришлет помощь, а это совсем другое дело. Микула отложил молот и вновь сунул прут в пламя.
— Войско из Майены не придет, — сказал он понуро. — Господа воюют меж собой. Майена с Разваном.
— Зачем?
— А зачем воюют благородные? По-моему, со скуки, жеребцы стоялые! — крикнул кузнец. — Чтоб ему провалиться, правителю! За что только мы ему, гадюке, дань платим?
Он выхватил прут из огня, только искры брызнули, помахал им в воздухе. Подручный отскочил. Микула схватил молот, ударил, еще и еще.
— Как только правитель округа прогнал моего парнишку, я послал парня просить помощи у Круга. У друидов.
— К чародеям? — спросил колесник недоверчиво. — Да ну?
— К ним. Но не вернулся еще парень.
Радим покрутил головой, встал и подвернул штаны.
— Ну, не знаю, Микула, не знаю. Это уже не мое дело. Но все равно получается, что надо ждать. Вот если…
Во дворе заржал конь.
Кузнец замер с занесенным молотом. Колесник побледнел, стуча зубами. Увидев, что дрожат руки, Микула отер их о кожаный фартук. Не помогло. Он проглотил слюну и пошел к двери — там виднелись всадники. Радим и Чоп пошли следом, держась к нему поближе. Выходя, кузнец поставил прут за дверью.