Все, что могли, они уже в подробностях видели. Более того, пристально изучили, ощупали, едва на зуб не попробовали, потому что должны были знать, на что способно мое нетренированное тело. После этого, мысленно переглянувшись, как-то по-особенному вздохнули и довольно нейтрально сказали, что работы с ним предстоит много. Что в переводе означало, что пахать мне придется, как папе Карло, и так интенсивно, как только я смогу выдержать. Или в противном случае мое обучение затянется лет на сто, а Тени при всем желании так и не сумеют наесться досыта.

Причем, из-за меня.

Из-за моей лени и нерасторопности.

И из-за того, что я когда-то так мало уделяла времени спортзалу.

Вот и превратили они тогда весь окружающий лес в огромный спортзал. Вот и взвыла я, внезапно обнаружив, что все мое время, включая ночи, расписано уже по минутам. Вот и взбунтовалась, внезапно ощутив все прелести армейской жизни. Но была дружно отругана, пристыжена и больше не возникала. Только вот так, как сейчас, останавливалась иногда на пороге, позволяя себе пару минок слезливой жалости, а потом тяжело вздыхала, отлеплялась от косяка и покорно плелась умываться.

Распорядок дня был до отвращения прост: подъем с рассветом (под громкие вопли злорадно хихикающего шейри, а по первости — и под холодный душ, окатывающий меня с ног до головы при отказе открыть глаза); затем — короткая пробежка до реки, торопливое умывание, разминка и такая же короткая, но более выматывающая пробежка обратно. Причем, обязательно по самому крутому склону и по такой дикой траектории, которую, наверное, мог изобрести только пьяный в стельку дорожник. Или зловредный демон без единой капли совести. Одним словом, возвращалась я обычно к пещере запыхавшаяся, уставшая, трепанная, но неплохо разогревшаяся. После чего следовал скудный завтрак (ну да, в лесу не зажируешь), потом — краткие инструкции на текущий день от Теней.