И даже совсем-совсем не веселая история. Достаточно упомянуть, что почти все это время я провела в ближайших кустах, а оставшиеся часы, когда мучительные позывы на рвоту все-таки прекратились, неподвижно провалялась на пропитавшемся моим же потом лежаке, страшась не то, что пошевелиться, а даже глаза открыть. Потому что ТАК плохо мне еще никогда в жизни не было. И ТАК ужасно я себя никогда прежде не чувствовала.

Тени, конечно же, до смерти перепугались, увидев, до какого состояния, изверги, меня довели. Но я сперва на них даже не реагировала — до того было хреново, а когда слегка отошла, то слабым шепотом прокляла их всех вместе с их дурацкими идеями. Зареклась никогда больше не проводить таких экспериментов, послала всех в гости к Айду, окончательно расстроилась и под вечер бессовестно расплакалась, потому что решила, что эти муки никогда не закончатся. Тени после этого окончательно перетрусили, наперебой принялись заверять, что всего лишь пытались внедрить мне в память основные навыки по работе с холодным оружием, но были крайне невежливо посланы во второй раз и надолго затихли. Очень надолго. Почти на час моих ужасающих страданий. Но потом все-таки объявились снова и виноватыми, почти убитыми голосами слезно попросились меня заменить, чтобы я не мучилась из-за их непроходимой глупости.

Ломаться я не стала.

Два последующих дня я отсыпалась и отдыхала в заветной комнатке, с содроганием припоминая свой первый опыт по обмену мыслями и клянясь себе ежеминутно, что никогда в жизни этого больше не сделаю. Я валялась на кровати, жалея саму себя, тихонько ворчала, когда меня пытались отвлечь, сердито отгораживалась, если кто-то из Теней ненадолго появлялся рядом, и бездушно отмалчивалась, если они пытались наладить разговор.

Потом меня отпустило.