Тограм понимал, что его допрашивают, - каким бы вежливым ни казался их разговор. Он и сам играл с пленными в такие игры. Уши Тограма напряженно дрогнули. Он всегда предпочитал отвечать прямо; возможно поэтому он был лишь капитаном.

- Чтобы забрать ваше добро и использовать его самим. Зачем еще воевать?

- Но почему? - прошептала она и замолчала.

Его ответ, казалось, отрезал возможность допроса в этом направлении. Помолчав, она попробовала еще раз:

- Как могут ваши люди ходить - я хотела сказать «путешествовать» - быстрее света, когда ваше умение во всем остальном так ограниченно?

Его шерсть от обиды вздыбилась:

- Как это ограниченно? Мы делаем порох, мы выплавляем сталь, у наших рулевых есть подзорные трубы. Мы не дикари, что живут в пещерах и стреляют из луков!

Разумеется, речь Тограма не была такой примитивной. Ему пришлось подбирать самые простые слова, чтобы Хильдачеста поняла его. Она потерла лоб уже знакомым ему движением, означающим озадаченность, и сказала:

- Мы знаем все те вещи, о которых вы говорите, уже сотни лет, но до сих пор не догадывались, что кто-то способен ходить - черт, путешествовать - быстрее света. Как ваши люди научились этому?

- Мы сами это открыли, - гордо ответил Тограм. - Нам не пришлось учиться у других рас, в отличие от некоторых.

- Но КАК вы это открыли?

- Откуда мне знать? Я солдат, меня это не интересует. Кто знает имена тех, кто изобрел порох или научился выплавлять сталь? Эти вещи изобретены, вот и все.

В этот день допрос закончился рано.

- С ума сойти можно, - сказала Хильда Честер. - Прилети эти тупицы всего несколько лет спустя, мы могли бы взорвать друг друга к чертовой матери, так и не узнав, что нам доступны другие миры. Боже мой, если верить этим роксоланцам, расы, только-только научившиеся выплавлять железо, преспокойно летают от звезды к звезде и не видят в этом ничего удивительного.

- Если не считать случаев, когда звездолеты не возвращаются, - ответил Чарли Эббетс. Его галстук давно уже лежал в кармане, а воротник был расстегнут. Несмотря на то, что актовый зал Калифорнийского технологического был кондиционирован, бешеный жар пасаденского лета проникал и сюда. Как множество других инженеров и ученых, связываться с пришельцами Чарли мог только с помощью лингвистов вроде Хильды Честер.