- Бог ты мой! - Коул снова сел.

- Мы не пользуемся вашим летосчислением. - Хэллам постучал пальцем по наручным часам. - Но здесь у меня оно есть.

Планер не двигался; он опять, как с ним уже было раньше, застыл на месте, словно весил как большая машина.

Ли постукивал по кнопкам компьютера, и вид у него был крайне озабоченный. Коул уже нисколько не волновался. Тысяча лет. Что с ним может случиться через тысячу лет? Он давным-давно умер, он это прямо-таки нутром чуял. Даже кости его уже сгнили под землей, на которой он теперь стоит. Если только их не выкопали тюлени.

Коулу стало неуютно, и он встал на ноги. Земля под ногами казалась вполне твердой, даже, пожалуй, слишком твердой. Так реально ли данное будущее?

Да. Реально. Несмотря на яркое солнце, Коул дрожал.

- Мы пользуемся гонконгским календарем, - продолжал объяснять Хэллам. - Летосчисление ведется от Гонконгского Коллоквиума, который имел место семьсот двадцать четыре года тому назад. Но это только в политике. А что касается духовной жизни, то мы считаем года от Великой Переправы. Тогда получается сто четырнадцать тысяч восемьсот сорок четвертый год. Но пойдемте. - И он двинулся по тропинке к воде.

Ли и Коул последовали за ним. А что им еще оставалось.

Коул не удержался и спросил:

- Великой Переправы? Какой Великой Переправы?

- Давным-давно была война, - ответил Хэллам. - Сплошной огонь кругом, потому что в те годы огонь был основным оружием, а потом начался какой-то мор. Тогда в первый, хотя и не в последний, раз наши предки чуть не истребили самих себя. Их тогда было не так уж и много, сколько-то тысяч, но и погибали они тысячами. Несколько женщин собрали всех оставшихся в живых - эти первые люди делились на три клана, и они воевали между собой. Выжили в основном дети, и женщины повели их на север, прочь из Долины Костей. Тогда-то они и перешли через Великий Бассейн, который впоследствии стал Средиземным морем. Но в то время там не было воды.