– Очевидно, что нам не повезло. С таким же успехом мы могли сесть не на планету, а на ее спутник. Зато улететь сможем без особых проблем. Так что если кто желает заняться исследованиями, приступайте.

Один из экипажа ответно зажестикулировал усиками:

– Капитан, но разве вы не желаете быть первым, ступившим в новый мир?

– Это не имеет значения, кто ступит первым, а кто последним. Если кому-то кажется это почетным – пожалуйста. – Он дернул рычаг, распахивая оба воздушных шлюза. Спертый воздух хлынул внутрь, и давление в корабле сразу подскочило.

– Берегитесь перегрузки, – предупредил он на выходе.

Поэт Фэндер тронул усиками командира, посылая ему свои мысли по чувствительным нервным окончаниям.

– Все то же, что мы видели из космоса. Совсем пропащая планета. Как вы полагаете, что тут могло случиться?

– Понятия не имею. Много бы я дал, чтобы узнать, что с ними стряслось. Если это результат воздействия природных сил, то что же они могли сотворить с Марсом? – Капитан озадаченно направил тревожную волну в контактирующий усик Фэндера. – Жаль, что эта планета не развивалась экстенциально, вместо того чтобы углубляться в себя: тогда бы мы могли исследовать предшествующие события с поверхности нашего собственного мира. Непросто наблюдать за планетой, когда ее закрывает Солнце.

– Это еще больше относится к следующей планете, той, туманной, – заметил поэт Фандер.

– Я знаю и уже начинаю опасаться, что и там нас ждет полное разочарование. Если и планета туманов окажется вымершей, тогда останется только ждать дня, когда будут изобретены средства для гиперпространственного скачка.

– Мы это уже вряд ли застанем.

– Похоже на то, – согласился капитан Шкива. – С помощью дружественных разумов мы могли бы продвинуться куда как быстрее. А без контакта наша цивилизация затормозится в развитии.

Он повернулся к команде, которая уже исследовала хмурый ландшафт планеты.

– Им нравится стоять на твердой почве. Но что такое мир без жизни и красоты? Скоро им здесь надоест. Они будут рады покинуть его.