Он усмехнулся себе под нос.

Инспектор заметил эту усмешку, принял на свой счет и обиженно засопел.

- Ладно, - сказал он после паузы. - Не хотите - не надо. Придется лететь. Я ведь соврал - нет у меня никакой связи. В нашем секторе нуль-связь не разрешается - опасно. Потому что, говорят, мы им какие-то помехи наводим.

- Кому им?

- Физикам этим. Так что придется лететь в Отделение. Пусть разбираются, как хотят. А вас я попрошу оставаться на месте. Пульт управления опечатаю, так что смотрите... Если что - будете отвечать. Скорость у вас сейчас нулевая, километраж я зафиксировал, а вернусь - проверю.

Инспектор вытащил из сумки, висевшей на боку, нечто вроде плоскогубцев, захлопнул крышку пульта и, прицепив к ней какую-то металлическую бляшку, зажал своим устройством. Кроме того, видимо для верности, он еще вдобавок опечатал главный рычаг тяги. Проделав свои манипуляции, инспектор еще раз строго сдвинул брови и удалился из рубки.

Сикоморов дождался пока он выйдет в тамбур, стравил воздух и открыл гермоворота. Космоцикл выскочил и унесся куда-то в сторону.

Сикоморов сходил на камбуз, пообедал, потом спустился в трюм - проверил огурцы. Они были в полном порядке, свеженькие, один к одному.

"Кто бы мог подумать, что им уже шестьдесят лет от роду, - подумал Сикоморов с мрачной иронией. - Кстати, очень удобный способ хранения... Если бы удалось выяснить, как я проскочил эти шестьдесят огурцов.., то есть, тьфу, лет."

Он взял один огурец, надкусил и стал жевать. Без соли огурец не понравился. Да и к тому же еще и горький попался. И вообще... Трава она и есть трава...

После этого Сикоморов вернулся в рубку, сел в кресло и приступил к серьезному размышлению.