Она, конечно, знала, что он заметит ее иронию. Это тоже было частью мотива ее словесной атаки на него. Но Калебанцы редко действовали под влиянием лишь одного мотива - и это создавало дополнительный шарм и лежало в основе наиболее раздражающих обменов репликами с другими чувствующими существами.

- Маккай? - прозвучал мягкий голос в его мозгу.

- Да, - ответ был раздраженным.

- Я покажу тебе сейчас мельчайшую часть моего чувства, направленного на твой узел.

Как воздушный шарик, взорвавшийся от резкого притока газа, он ощутил, что залит направленной на него заботой и любовью. Он тонул в них... и хотел утонуть. Все тело его излучало это добела раскаленное чувство защищенности и внимания. Еще целую минуту после того, как оно ушло, Маккай все еще светился этим чувством.

"И это мельчайшая частица?"

- Маккай? - голос звучал озабоченно.

- Да, - ответил он с благоговейным трепетом.

- Я причинила тебе боль?

Он чувствовал себя одиноким, опустошенным.

- Нет.

- Полная сила моей узловой направленности уничтожила бы тебя. Некоторые человеческие существа подозревали, что любовь способна на это.

"Узловая направленность?"

Она ввела его в замешательство, как и делала это при их первых встречах. Как могут Калебанцы говорить, что любовь это... узловая направленность?

- Названия зависят от точки зрения, - сказала она. - Ты смотришь на вселенную через слишком узкое окно. Иногда эта человеческая ограниченность доводит нас до отчаяния.

И вот снова она перешла в атаку.

Он возразил ей по-детски банально:

- Я то, что есть, и не более.