Хиллари... Ох, надо скорее вернуться к ней! Яну не хотелось надолго оставлять пятнадцатилетнюю девчушку в компании мужчин, будь то даже куртуазнейшие из рыцарей. «Да вот и тропа!» — подумал он, узнав старый дуб, покореженный молнией. Ствол его был расщеплен надвое и до сих пор отдавал паленой древесиной.

Издали словно бы опять донеслись голоса... Ян взмолился про себя, чтобы на сей раз ему это не послышалось.

И тут слева от тропы из-за куста поднялся чей-то темный силуэт. Существо выпрямилось в рост человека и зарычало.

Ян взвизгнул и взмахнул руками. Вся охапка хвороста разлетелась по тропинке; одна ветка при этом стукнула Яна по голове. Существо вышло из-за куста и загородило ему дорогу. Ян потянулся к мечу.

— Бу-у-у! — пробубнило существо. — Боже мой, Ян Фартинг! Что ты наделал! Ты рассыпал весь запас тепла для наших продрогших костей на сегодняшнюю ночь! — Фальшивое чудовище хихикнуло. — Ты остаешься клоуном до последнего, дружище, — продолжал сэр Годфри Пинкхэм. — Это всего лишь маленькое упражнение, чтобы ты не растерял свои былые таланты.

— Годфри! А я подумал, это...

— Ну, ну, успокойся, приятель. Не забывай, мне все еще тяжело понимать твою речь, хотя с тех пор, как ты разделал на котлеты ту омерзительную лапищу, что закрывала нам путь, тебе время от времени удается говорить почти членораздельно. Мы просто стали волноваться за тебя, мой мальчик, и я взял на себя заботу проверить, не задрали ли тебя еще местные чудища. А теперь, будь паинькой, собери хворост и иди за мной. Ребятам до полусмерти осточертело холодное жаркое из единорога, а чтобы приготовить порядочный ужин, нужен хороший огонь.

С этими словами рыцарь развернулся и двинулся к лагерю.

— Погоди, Годфри! — крикнул Ян, лихорадочно подбирая разбросанные ветки. — Погоди, пожалуйста! Я не уверен, что знаю, куда идти!