- Нет, отец. Об этом знают лишь те, кто был с нами в ту ночь...

Старик жестом велел ему замолчать.

- Довольно, Хокану. Прибереги свои замечания для другого, более удобного случая. Ведь тебе известно, что даже у стен бывают уши. Скажи Септиему, что завтра утром мы отправляемся в поместье.

Хокану поклонился и зашагал к дому.

- Хокану! - отрывисто произнес старик. Молодой офицер снова повернулся к нему лицом и замер в ожидании новых приказаний. - Ты отлично справился с порученным тебе делом! - Отец с гордостью взглянул на сына. Губы юноши тронула легкая улыбка.

Он еще ниже поклонился старику и, пройдя по лужайке и двору, вернулся в дом.

Старик снова уселся на деревянный стул и сурово воззрился на Лори и Пага.

- Как вас зовут?

- Лори, господин.

- Паг, господин.

Пожевав губами, хозяин усадьбы пробормотал:

- Выйдете через правую дверь и попадете на кухню. Моего хадонру зовут Септием. Он велит накормить вас и укажет места для ночлега. Ступайте.

Паг и Лори поклонились и вышли из сада. Проходя по коридору особняка, Паг едва не сбил с ног молоденькую рабыню, торопившуюся куда-то с корзиной белья. Девушка вскрикнула и выронила свою ношу. Разноцветные тряпки рассыпались по полу.

- Ну вот! - с досадой проговорила она, всплеснув руками. - Теперь мне придется перестирывать все заново!

Паг принялся поспешно собирать белье с пола и укладывать его в корзину, мельком взглядывая на стоявшую перед ним девушку. Она была гораздо выше, чем большинство цуранийских женщин, которых ему доводилось видеть прежде, и отлично сложена. Ее длинные темные волосы, зачесанные назад, перехватывал тонкий шнурок. Большие карие глаза девушки обрамляли густые загнутые ресницы. Паг не отрываясь смотрел в ее открытое лицо. Он совсем позабыл о разбросанном по полу белье. Девушка слегка покраснела под его пристальным взглядом и, опустив глаза, быстро сложила в корзину все тряпки, что еще оставались на полу, и заторопилась прочь. Лори с улыбкой смотрел ей вслед, пока она не скрылась за поворотом коридора.