– Прилетели, – с непонятным облегчением заметил Перси.
– Вопрос – куда мы прилетели, – вздохнул в ответ я. – Дай бог выбраться отсюда живьем да при своих. Бедный Тхор, что они там с ним сейчас делают?
Перси передернуло от ужаса, но выразить свое мнение на этот счет он не успел: над головами заорал динамик радиоприемника базовой связи.
– Экипажу грузового судна «Гермес» оставаться на борту до прибытия представителей Комитета Расследований!
И так три раза подряд. Наверное, подумал я, они тут с первого захода плохо соображают, и уверены, что все вокруг такие же точно.
– О, Боже, – застонал Перси. – Еще и полиция… да за что?!
– А ты думал, что парни с терминала имели в виду Комитет-По-Торжественной-Встрече?
Сэр Персиваль погрузился в горестные размышления по поводу ожидающих нас бедствий и невзгод, а я, как человек более конструктивный, больше думал о Тхоре и перебирал в голове варианты будущих обвинений. Идиотизм был, конечно, совершеннейший: незаконный арест официально оформленного члена экипажа, – а с правом на работу и соответствующими лицензиями у бедняги все было в порядке, – есть грубейшее нарушение федерального законодательства. За такие шутки полицейских по головке не погладят! Или им тут плевать на законы? То, что мы попали на планету, погрязшую в пучине махрового тоталитаризма и ксенофобии, я понял сразу же. Именно она, ксенофобия, и послужила причиной задержания Тхора. В принципе, и это объяснимо – Фиммона крепко получила от проклятых Кочевников и теперь здесь боятся любого не-человека, как адова пламени. Оставалось лишь надеяться, что люди из этого их Комитета, разобравшись в документах, все же поймут, что федеральный Закон един для всех, независимо от того, нравится он вам или нет.