— Блин! — прокричал я, и засмеялся от напряжения. И от собственного смеха мне стало вдруг спокойней.

— Да нет тут ни каких привидений, — громко бросил я, и тут же услышал тихий шорох слева. Я резко повернулся и выставил вперёд тускло светящийся фонарик. Передо мной чернел дверной проём, за которым угадывалась большая комната. По спине моей побежали волны, руки затряслись и дыхание начало предательски дрожать.

— Кто здесь? — спросил я, сорвавшись на крик, и уже чуть не плача. Но мне никто не ответил.

— Может это мыши? — спросил я тогда у себя.

И прислушался. Но шорох больше не повторялся. Прошло несколько минут, а я всё стоял и слушал, не решаясь пошевелиться.

— Сейчас войду в эту комнату, посчитаю до трёх и сразу же выйду, — повторил я себе несколько раз, как заклинание, а ноги никак не хотели слушаться. Они были словно не из костей и мяса, а из чугуна, и не было никакой возможности оторвать их от пола.

— Там никого нет, — прошептал я. — Там никого нет. Кто будет жить в таком вонючем доме?

И я набрав полные лёгкие, рванулся вперёд, сказав на выдохе — Один.

Из глубины комнаты на меня тут же зло налетел ветер, и я вдруг ощутил, как холодно стало моим губам и пальцам. Фонарик выхватил из тьмы прозрачный силуэт, ростом со взрослого человека.

Я обмер, моё сердце на пару секунд совсем остановилось, и я никак не мог вдохнуть. И тогда, за прозрачным силуэтом я увидел другой. Мужчина в чёрном плаще и в шляпе с большими полями. Его голова была опущена вниз, но он её поднимал. Медленно-медленно. И я вдруг представил за этими чёрными полями шляпы его лицо, скривившуюся улыбку и понял, что когда я увижу её, я умру. Я понял это каким-то другим, глубинным чувством, и бросив фонарик, я развернулся и бросился бежать, натыкаясь на стены и углы, на полочку в сенях.