Зал было зашикал, потом заревел, на эстраду полетели яблоки, бинокли, номерки от гардероба - бесполезно. Певец осатанел вконец.

Откуда только брал он воздух, чтобы петь, не задыхаясь?! Неведомо, науке православной неизвестно.

И тогда какой-то дерзостный мужик из зала громко произнес: "Инопланетянин! Я его узнал!". Дамы тотчас - в обморок.

Ужасное предчувствие повисло над рядами.

Вот тут сержант милиции Фандей, явившийся с дежурства прямо в кинотеатр, и схватился за наган, привстал из двенадцатого ряда и, полный сострадания к пенсионерам, женщинам и детям, выпустил обойму прямо в лоб нахалу.

Тот вскинул руки и упал. Однако ноту продолжал держать.

Ансамбль его уже давно дал деру - исключительно толковые ребята, деловые...

Все, разумеется, посыпали из зала вон, не в силах больше наблюдать такой кошмар.

Певца же быстро подхватили, уволокли со сцены в комнату администратора, сказали пару скорбно-теплых слов и, заказавши гроб, свезли на кладбище.

К полуночи его похоронили.

Вроде - кончено. Но нет! Нота из двенадцатой октавы, волнующая, чистая, по-прежнему звучит из-под земли.

Из столицы наведывались специалисты, да только все руками разводили.

Было решено певца оставить навсегда в Ежополе. Ну - как бы в дар... Не везти ж такой позор домой!

И своего хватает.

А истинные почитатели вокала до сих пор нет-нет, да и заглянут, словно ненароком, на то кладбище, чтобы услышать это чудо из чудес.

Отцы города повелели интуристов тоже сюда завозить, чтоб не очень-то кичились своими буржуазными свободами и разнообразием товаров широкого потребления.

А прочий люд, из славных трудовых ежополян, с опаской, делая крюк на километр, обходит это кладбище.

Такая вот ужасная история приключилась как-то раз в городе Ежополе.

Случилось так, что в городе Ежополе Надъежопкинскую набережную переименовали в набережную имени Законных прав.