Плюс мы знаем, что развалится Союз, крах идеологии, а это такая тайна, что только за одно знание этого мы исчезнем. И дети тоже, потому что могут запомнить правду. Правда этому краху очень даже помогли, но нас это не спасет. Они не злые и палачи. Просто когда на кону стоят вопросы государственной безопасности действуют другие безжалостные законы и правила. Но и затаиться мы не сможем. Уже не сможем.

— А что делать? — подала голос жена.

— Я думаю в первую очередь нужно определиться с точным месторасположением точки выхода. Если она попадает в возможную зону оккупации, это еще хуже и необходимо будет действовать быстрее. В течении года возможности и запасы бункера уже не смогут обеспечивать нам нормальное существование и придется либо выходит наружу, либо в прошлом организовывать резервную базу или хотя бы элементарные поставки воды и продуктов. А это контакты с местными. Еще не хватало попасть в руки к немцам. Как вариант действий на ближайшее время думаю поднять на метеозонде видеокамеру и попробовать снять топологию района и попытаться его прогнать по карте или хотя бы выявить поселок по близости или дорогу и получить более точную информацию о местоположении. Это на ближайшее время. На долгосрочную перспективу, девушки, у меня есть идея. Чтобы обезопасить себя мы подсадим Сталина с командой на информационную иглу. Мы не будем афишировать свое присутствие и свое происхождение, но начнем ему передавать дозированную информацию по немецкой технике, их планах и возможных вариантах развития ситуации. Скажем так, появится источник информации под псевдонимом Странник или там Оракул и начнет морзянкой сообщать важные вещи, пока они не перепроверят много раз нашу информацию, поверят в ее достоверность и источник станет стратегически важным и ценным настолько, что мы сможем диктовать уже свои условия.

Пока других вариантов действий я не вижу.