— Сержант, времени мало, скажи своим, чтоб не дергались, иначе гранат в окоп накидаю.

— Человека отпусти.

— Щас. Поговорим, потом отпущу. Ну?

Смотрю, он еще сомневается. Я спокойно, в полголоса говорю.

— Павлов.

В стороне прохода раздался лязг затвора пулемета. Разведчики были не дураки, сразу поняли, что это за звук. После небольшой паузы, сержант согшласился.

— Хорошо.

Он спокойно подошел ко мне ближе, хотя трое его человек меня взяли на прицел.

— Сержант, представьтесь.

Тот посопел носом, но не стал качать права.

— Сержант Никоноров. 222-я стрелковая дивизия.

— Понятно. Капитан Зимин, разведка главного управления госбезопасности. Боец свободен, дай мне поговорит с сержантом.

Отпустив бойца, сам спрыгнул в окоп. Разведчики сами облаченные в армейские маскировочные костюмы, двухцветки, с удивлением рассматривали при слабом освещении мой наряд. Но все еще меня держали на прицеле. Сержант сразу обратился, показывая рукой в сторону мертвых немцев.

— Товарищ капитан это вы их?

— Да пришлось, не вовремя они на нас вышли. Значит так сержант, я не знаю какое задание тебе дали, скорее всего «языка» приволочь, но у меня особые полномочия. Вся твоя группа поступает в мое распоряжение.

— Товарищ капитан я не могу, у нас языка ждут. И так еле держимся.

— Сержант, у меня особый груз который еще вчера должен был быть в Москве. Если он попадет к немцам, это будет намного хуже.

— Товарищ капитан, что делать?

— Далеко тут до наших позиций?

— Километров восемь, если через лесок и речку. А по прямой, километра три.

— Значит так, твои люди обязаны помочь моей группе пройти через линию фронта, к ближайшему особому отделу, желательно дивизии не ниже. В метрах двухстах расположились окруженцы. С ними особист 145-й дивизии и груз. Сейчас отправишь двоих человек с моим лейтенантом в лес, и вместе с ним пусть проводят группу к нашим. А мы тут с тобой посмотрим, чтоб шума не было, а то наследили. Если что прикроем отход.