- Они летят, - почти не шевеля губами, прошептал Дан. - Какая Хиросима? Они еще летят...

Экран перед ним был абсолютно пуст.

- Где? - так же шепотом переспросил ошеломленный Полубояринов.

Тогда Дан небрежно кивнул куда-то в сторону, и начальник координационного центра, следуя его жесту, удивленно поглядел направо, потому что знал собственный центр как свои пять пальцев, и ничего имеющего отношение к "Антилору" здесь быть не могло. Действительно, на стене висел лишь примелькавшийся и ставший поэтому неприметным так называемый "черный атлас", на котором кружочками, на расстоянии кажущимися совершенно черными, были обозначены все несчастные случаи, имевшие место в Приземелье за последние три с половиной века. И только вблизи эти точки приобретали металлический отлив: коричневатый - катастрофы с космическими грузовиками, обошедшиеся без человеческих жертв; лиловые - разведывательные и пассажирские полеты, стоившие жизни экипажу, и, наконец, немногочисленные зелено-золотистые, словно спинки жуков-бронзовиков, крапины нерасследованные происшествия и не поддающиеся объяснению явления, напоминающие последствия космических аварий.

Один из таких кружков, залезая зеленым бочком на мелкую надпись "Подкаменная Тунгуска", имел самую древнюю в этом атласе пометку: "1908 г.". К этому-то кружку и протягивалась сейчас сухая ладонь Дана.

"Неужели они рискнули запустить дингль? - опешил Полубояринов. Выходит, рискнули и успели... Сообразили - и успели. Я один, как идиот, ничего не понимал..."

- Вот, значит, как оно было, - бормотал он уже вслух. - А мы-то считали, что на Тунгуске тогда не погиб ни один человек...

- Помолчал бы ты, Григорий, - сказал Дан. - Они еще летят.