Короче, он согласился ехать, не очень выспрашивая, что и как так же, как Дима. Видимо, и его допекла жизнь.

На следующее утро оба были у меня, уже собранные в дорогу. Дима с маленьким чемоданчиком, а Алик Манхэттен - с щегольским кейсом. Он остался верен себе.

- Далеко едем? - спросил Алик. Я плацкартом не поеду.

- Может, ты желаешь в мягком? - съязвил Дима.

Манхэттен поджал губы и промолчал, проигнорировав это замечание.

Мы сидели на кухне, пили кофе, и я рассказывал им, что со мной приключилось.

- Ну что же, - несколько неожиданно подвел итог Манхэттен. - Господа бандиты имеют денежки, и им требуется их отмыть, то бишь вложить во что-то. Разумно.

- Что ты хочешь этим сказать? - спросил Дима.

- Только то, что сказал, - пожал плечами Алик. - Нас посылают прокладывать Великий меховой путь.

- Возможно, - согласился я.

И тут в дверь позвонили. Я открыл. На пороге стоял лысый и с ним двое молодчиков с толстыми бритыми затылками. Лысый молча отодвинул меня и прошел в комнату. Сел на тахту и приказал своим качкам:

- Пригаси всех сюда.

Но из кухни уже сами вышли Дима и Манхэттен.

- Здравствуйте, господа бандиты! - радостно заорал Алик, вытягиваясь по стойке смирно.

И тут же получил сильный тычок в спину, отчего в прямом смысле прикусил язык, поскольку собирался ещё что-то добавить.

Дима развернулся к молодчикам, но лысый остановил всех:

- Все тихо! Сядьте! Ну-ка, сявки, быстро на место!

- Да это он сам, Череп... - забубнил тот, который толкнул Алика, но тут же замолчал и отошел к двери.

- Садитесь! - Череп резко махнул на нас рукой.

Он подождал, пока мы усядемся и быстро выложил то, что считал нужным. Суть сводилась к следующему.