Она подвинула в мою сторону бумажку.

- А это что? - настороженно спросил я.

- А это - подписка о невыезде, - ответила она нетерпеливо. Расписывайтесь.

Я так и сделал.

- А почему нам не играют вальс Мендельсона?

- Как бы вам марш Шопена в ближайшее время не сыграли, - покачала она головой. - Идите. Вас уже заждались у ворот. И мне кажется, что это не самые лучшие ваши друзья. Вот, возьмите. Здесь телефоны. Если передумаете, или просто помощь понадобится - звоните.

Я взял маленькую картонку, на которой было напечатано несколько телефонов, и ещё несколько дописано от руки.

На душе скребли кошки. Я вяло попрощался и вышел. Не прошел и десяти шагов, как меня окликнули. Капитанша была права: меня встречали. Возле "мерса" стояли знакомые братки: Леха и ещё один, которого нарисовали с Лехи под копирку. Местами копирка была уже использованная, и некоторые части лица, так сказать, стерлись и смазались. Леха помахал мне рукой. Я вздохнул и нехотя направился к машине. Опускаясь на сиденье, я оглянулся. В воротах стояла и смотрела мне вслед Лена.

Елена Петровна.

- Это че за баба там зырит? - спросил, чавкнув жвачкой, Лехин оттиск.

- Это капитан Павлова, - с легким шиком посвященного (с таким шиком дают ответы завсегдатаи и корифеи клуба "Что? Где? Когда?") ответил Леха. По особо важным делам.

Он покосился на свою копию, которая сделала соответствующий вид.

- Она че, тебя что ли пасет?

- Она всех пасет, - почему-то поежился Леха.

Как видно, капитанша изрядно попортила ему нервы, потому что Леха так рванул "мерс", что тот едва не пошел юзом.

- Ты че? Ты че? - забеспокоился оттиск.

Леха только отмахнулся.

- А куда едем? - спросил я, разваливаясь на мягком сиденье.

- Как куда? - вроде бы удивился Леха. - Домой к тебе едем. За "бабками". А потом к Кресту. Срок-то весь вышел. А долг - дело святое.