Молодой лорд оказался одним из немногих, кто видел ее и остался невредим. Она умела отталкивать человеческие мысли от всего истинного и губила людей. В этот раз принятое ею обличье с такой силой приковало к себе взгляд молодого лорда, что он смотрел и смотрел на нее восторженными юношескими глазами. Он смотрел до тех пор, пока колдунья, то ли поддавшись жалости, то ли польщенная – кто из нас, смертных, может знать это? – не избавила его от воздействия своих гибельных чар. Тут же в саду, она явилась пред ним в своем подлинном обличий ведьмы с холмов. Но и после этого взгляд юноши не сразу убежал в сторону. За те краткие мгновения, что молодой человек без отвращения созерцал среди цветов шиповника ее высохшую фигурку, он сумел завоевать признательность старой женщины, которую нельзя ни купить, ни приобрести при помощи любых ухищрений.

Когда колдунья поманила его, молодой лорд без страха и сомнений последовал за ней на вершину облюбованного громами холма. Там он узнал, что в час нужды сможет получить от нее меч из металла, какого не родят недра Земли, и клинок его будет защищен рунами, которые сумеют отразить не только удар обычного меча, но и любое оружие Страны Эльфов. Только оружие, освященное тремя самыми могущественными рунами, неведомыми смертным, может справиться с мечом колдуньи.

Принимая меч, Алверик подумал об обещании колдуньи.

В долине только-только сгущались сумерки. Покинув замок Эрл, молодой лорд Алверик быстро поднялся на ведьмин холм. Когда он приблизился к дверям дома колдуньи, то увидел, как она сжигает на костре кости. Юноша сказал ей, что час его нужды пришел, и колдунья отправила его в свой сад собирать с мягкой земли капустных грядок упавшие туда молнии.

Занимаясь этим странным делом, он с каждой минутой видел все хуже, а пальцы никак не могли привыкнуть к чудным ощущениям, что рождались от прикосновения к молниям. Но все же до наступления полной темноты Алверик успел собрать их семнадцать штук и, завернув молнии в шелковый платок, понес их к костру.