Весс взвыл, как дикий звереныш, угодивший в зубатый капкан. Они перевернулись, полетели кувырком. Вокруг вспыхивали, кружились вихрем ленты красного и голубого света. Что-то огромное, как мир, надвигалось то сверху, то снизу. Астра нещадно трепала мохнатые уши, пыталась вырвать мешочек, зажатый в рыжеволосом кулаке. Херик отбивался, как мог, пытался что-то сказать, но только рычал от боли. Пограничный слой пространства, по которому они рискованно скользили, разорвался – земля, небо, лес, появившийся вдруг закружились крыльями мельницы, и все прервалось громким шлепком.

Астра вскочила на ноги и тут же, путаясь в намокшем платье, снова упала на четвереньки. Дыра Измерений исчезла в мгновенье, словно лопнувший мыльный пузырь. Рядом была дорога с разбитой колеей от колес повозок, и высокие деревья по краю луга. Где-то в камнях журчал ручей, слышались насмешливые голоса лягушек, а мэги сидела посреди лужи, с испачканным липкой грязью лицом, в мокром разорванном платье и колючими осколками гнева в глазах.

Проклятый Херик! Рыжий коварный гаденыш, обокрал и так небрежно бросил ее! На поясе дохлым червяком болтался шнурок кошелька. Сумка с магическими кристаллами, рекомендацией в салон Варольда и, главное – ее личным бесценным медальоном, пропала. Астра встала, увязая по щиколотки в липкой жиже, измазанная, в оборванном платье, будто последняя нищенка на помойке. Рыжая жесткая шерсть весса, застрявшая клочьями между пальцев, щекотала ладони, словно чужой смех.

– Мы еще встретимся! Очень скоро! Ты заплатишь за все! Веселись пока, но через несколько дней я научу тебя уважать Астру Пэй! – она вышла к дороге, остановилась, вытерла лицо сухим краем рукава, сорвала лопух и принялась очищать ноги, оставляя травянистые следы. Потом поднялась на возвышенность и огляделась. Где-то там, у берега речушки виднелось селение в полторы-две сотни домов, крошечный рыбацкий причал, козьи загоны и пастбища вокруг. Близости Иальса не было даже признаков. Оставалось надеяться, что это по-прежнему была Гринвея – ее родной мир.