К ярости Талара леди Тунголи настояла, чтобы совет суда состоял из четырех мужчин и четырех женщин. Женщины обычно не допускались в суд, но леди сказала, что, поскольку проступки Габрии имели столь большие последствия, будет справедливо, если женщины помогут суду. Лорд Этлон поддержал ее. И вот четверо мужчин — два старца, воин и ткач, и четверо женщин — жрица Амары, две жены и знахарка, собрались холодным осенним днем, чтобы решить судьбу Габрии.

Девушка снова переменила позу и откинула волосы со лба. Жара становилась все более невыносимой. Капли пота покрывали ее лоб, а длинная юбка казалась слишком тяжелой. Она хотела, чтобы все это поскорее кончилось, чтобы они поторопились. В особенности Талар. Громкий голос жреца все еще звучно сотрясал воздух. Нахмурившись, Габрия попыталась вникнуть в то, что он говорил.

— Я не осуждаю Совет за то, что эта женщина избежала наказания за свои деяния, — гремел его голос, голос человека, уверенного в своей правоте и преданности закону. — Вожди слишком обрадовались тому, что лорду Медбу не удалось осуществить своих дьявольских намерений. Но они не заметили, что зло только сменило маску. Эта ведьма, — он ткнул пальцем в Габрию, — до сих пор жива. Основательная возможность истребить магию в нашем клане у нас в руках. Бог дает нам возможность показать всем в долинах Рамсарина, как мы обходимся с ведьмами. Мы не пощадим их! — его голос был подобен грому. — Хулинин, мы обязаны вырвать с корнем ростки магии, пока они не распространились. Пусть смерть будет ей наказанием! Уничтожить ведьму!

Жрец еще не замолк, когда со своего места поднялся Пирс, лекарь, и потребовал слова.

— Я еще не закончил, — возразил Талар. Он чувствовал, что полностью овладел вниманием присутствующих, и хотел довести свою мысль до конца.