— Душ в ванной комнате рядом с прихожей, но можешь воспользоваться моим, если хочешь,— было сказано мне. — Пройдешь через спальню в конце коридора.

Потом хозяин уложил мальчика на диван, не заботясь о судьбе дорогой обивки, и вампир с золотисто-рыжими волосами, кем бы он ни был, не говоря ни слова, подошел, чтобы помочь. Меня он при этом не удостоил даже взглядом, что отчего-то показалось мне обидным.

«Я уже полтысячелетия убиваю его соплеменников, так неужели не заслуживаю хотя бы взгляда? Должно быть, он совершенно уверен в своей неуязвимости. Вероятно, этот тип прав, если учесть, что я нахожусь в одной комнате с двумя мастерами первого уровня».

Я прошла по коридору, где пахло каким-то специфическим освежителем воздуха. Наверное, в рекламе уверяли, что это аромат сирени, но лично мне он напоминал скорее о чанах с химикатами, чем о бескрайних полях и цветочках. В обладании чрезмерно развитыми органами чувств имеется своя отрицательная сторона.

Разумеется, и положительная тоже. Я навострила уши, но слушать было нечего. В соседней квартире какая-то девушка говорила по телефону, жаловалась подружке на своего парня. Этажом ниже кто-то беседовал с кошкой, если это не был случай психического расстройства. Однако оба голоса звучали гораздо отчетливее тихих звуков, доносившихся из гостиной. Вампиры промывали раны подростка, надо полагать, гораздо тщательнее, чем я сделала это в баре, и перевязывали их. Я была уверена в том, что ни один из них не собирался закусить. Это было бы все равно что предложить людям, привыкшим к белужьей икре и «Дом Периньону», пакетик чипсов и пошлую кока-колу. Едва ли их привлечет второсортное угощение.

Я вошла в большую хозяйскую спальню и огляделась. Отличная, подчеркнуто элегантная, богатая.