- Вечность - как мы ее понимаем - сейчас под угрозой. Все, что мы принимали как данность, все постоянное и нерушимое, - всему грозит гибель. Амбиции Гейнора способны погубить мироздание. Конец мира, гибель разума, уничтожение человечества - и, может быть, исчезновение мультивселенной...

- Надо было убить его, когда была возможность, - пробурчал Фроменталь. Оуна пожала плечами. Мы зашли в одну из башен.

- Тогда его нельзя было убивать, - сказала наконец девушка. - Недопустимо.

- Почему? - удивился я. Ее тон был таким, словно я ухитрился проглядеть самую очевидную на свете вещь.

- Потому, - ответила она, - что в тот миг ему еще только предстояло совершить величайшее из своих преступлений.

Глава 2

Совет миров

В какой-то момент я ощутил, что начинаю путаться во времени. Казалось, нам всем суждено прожить одинаковые жизни в мириадах соприкасающихся плоскостей бытия, причем мы обречены на попытки изменить предустановленный ход событий, хоть и понимаем всю тщетность этих попыток. Иногда кому-то везет, и его усилия изменить собственную судьбу неким образом поддерживают равновесие мироздания точнее, множества альтернативных мирозданий, которые Оуна называла "мультивселенной" и в которых наши жизненные драмы разыгрывались по одним и тем же правилам.

Оуна была со мной терпелива, но я всегда отличался рациональным складом ума, поэтому для меня все рассуждения о мультивселенной выглядели бессмысленными. Мало-помалу я приобрел более широкий кругозор, который позволил мне уяснить, что наши сны - лишь обрывки чужих жизней, самые драматичные мгновения, и что некоторые счастливцы обладают способностью переходить из сна в сон, перемещаться между сновидениями и даже порой изменять их.

Оуна проводила меня в отведенное мне помещение, подождала, пока я приведу себя в порядок, и лишь тогда заговорила о принципах мироздания. После достаточно продолжительного разговора мы вышли на улицы Мо-Оурии - большого, кипучего города, куда более космополитичного, нежели я мог предположить.