- И какое же? - спросил Фроменталь, силясь улыбнуться.

- Проклятый, - ответила Оуна.

Когда все попрощались и танелорнцы - которых я мысленно окрестил "тремя гусарами" - остались в башне, а мы вышли на улицу, я спросил Оуну, откуда она столько знает.

Девушка улыбнулась и вдруг прижалась ко мне всем телом.

- Я - дочь похитительницы снов, - сказала она. - Моя матушка славилась своим искусством. Она сумела украсть несколько очень важных снов.

Мы как раз свернули в очередной сумеречный каньон, в котором бурлила городская жизнь.

- Разве сны можно украсть? Как их крадут?

- Это известно лишь похитительницам снов. И лишь похитительница снов способна вставить одно сновидение в другое или использовать их друг против друга. Так она зарабатывает на жизнь.

- Выходит, вы можете украсть сон, в котором я - император, и заменить его другим, где я стану нищим?

- Все немножко сложнее, граф. Боюсь, я не сумею объяснить доходчиво - мне не удалось получить того образования, какое было у моей матушки. Школа в Каире закрылась, и учиться было негде. И потом, мне никогда не хватало терпения...

Оуна вдруг остановилась. Остановился и я. Она молча заглянула мне в лицо. Ее рубиновые глаза встретились с моими. Я улыбнулся ей, и она улыбнулась в ответ. Но как будто осталась слегка разочарованной.

- Значит, вы не вор, как ваша матушка?

- Я и не говорила, что я вор. От матушки я унаследовала умение, но не призвание.

- А ваш отец?..

- Ax... - она вдруг тихонько засмеялась, глядя на яшмово-зеленую мостовую, в которой призрачно отражались наши фигуры. - Мой отец...

И все, больше от нее ничего не удалось добиться, поэтому я сменил тему и стал расспрашивать девушку о путешествиях по другим мирам.

- Я почти нигде не была, особенно если сравнивать с матушкой. Так, провела немного времени в Англии и в Германии, но не в вашу эпоху. Знаете, у меня возникло что-то вроде привязанности к мирам, которые вам наиболее близки; возможно, потому, что моя матушка тоже была к ним привязана. Скажите, граф фон Бек, вы скучаете по своей семье?