— В этом отношении он, вероятно, прав, — сдержанно проговорила вдова. — Ты храбрая девочка, раз сумела промолчать, Кэтрин. Но это ничего не решает, верно? Не можешь же ты всю жизнь прятаться от Гаррета.

Кэтрин разглядывала свои ладони.

— Значит, он уже победил.

— Нет, это он только так думает. — Вдова неожиданно поднялась с места. — Как ты считаешь, мы с тобой давно знакомы?

— С тех пор, как я была совсем маленькая.

— Как тебе кажется, я за это время постарела?

— Мне кажется, вы совсем не меняетесь, вдова Грейлинг.

— Старуха. Ведьма с холма.

— Бывают злые ведьмы, а бывают и добрые, — заметила Кэтрин.

— А бывают сумасшедшие старухи, которые не принадлежат ни к тем ни к другим. Погоди минутку.

Вдова Грейлинг, пригнувшись под низкой притолокой, нырнула в соседнюю комнату. Оттуда послышался звук, как будто дерево скребло по дереву, — открылся ящик комода. Шум, будто в ящике поспешно что-то ищут. Вдова вернулась, держа в руках что-то, завернутое в красную тряпицу. И положила сверток на стол. Судя по стуку, решила Кэтрин, внутри что-то твердое и тяжелое.

— Я тоже когда-то была такой, как ты. Росла недалеко от парома, в самые темные, холодные годы Великой Зимы.

— Давно?

— Тогда шерифом был Вильям Допросчик. Едва ли ты о нем слышала. — Вдова Грейлинг опустилась на прежнее место и быстро развернула красный сверток.

Кэтрин не очень-то понимала, что открылось ее взгляду. Похоже на толстый гладкий браслет, из тусклого серого металла вроде сплава свинца с оловом. Рядом с браслетом лежало что-то вроде рукояти сломанного меча: ручка с косыми клетками орнамента и с изогнутой гардой от одного конца до другого. Из того же самого тусклого металла.

— Возьми его, — сказала вдова. — Пощупай.