— А она им не надоедала за целый год?

— Но ведь ярмарка постоянно менялась. Что ни месяц — что-нибудь новое. Отправишься за пятьдесят миль полюбоваться на новое чудо, если люди только о нем и толкуют! А чудес там хватало, хотя не всегда они были такими, как представлялись тем, кто пришел издалека. В те дни с неба чаще падали разные вещи. Живые существа, такие как крылатый человек, и тогда были редкостью, а к падению предметов все привыкли. Люди высматривали, куда они упадут, и старались первыми добраться до них. Чаще всего находили куски горячего металла, оплавившиеся и растекшиеся, как жженый сахар.

— Небесные опадыши, — кивнула Кэтрин. — Металл, но он никому не нужен, кроме цирюльников и мясников.

— Только потому, что мы не умеем развести такой жаркий огонь, чтобы этот металл расплавился, как железо и медь. А когда-то умели. Зато если тебе случится найти кусочек с острым краем, он разрежет все, что угодно. Лучшие скальпели хирургов всегда делались из небесных опадышей.

— А кое-кто говорит, будто этот металл принадлежит бренчалкам и кто возьмет его, будет проклят.

— И шериф, конечно, не пытается их переубедить. Неужто ты думаешь, бренчалкам не все равно, куда денется их металл?

— Не думаю, потому что не верю, что существуют бренчалки.

— И я когда-то не верила. А потом один случай заставил меня переменить мнение.

— Это, наверно, когда вы нашли крылатого человека?

— Еще раньше. Мне, пожалуй, было тогда лет тринадцать. Я увидела это в одном павильоне на Морозной ярмарке. Там у задней стенки стоял ящик, а в нем лежала металлическая рука, найденная среди небесных опадышей под Уоллсендом.

— Перчатка рыцаря!

— Не думаю. Она была обломана по запястью, но видно было, что это часть целого, тоже сделанного из металла. В ней оказались металлические кости и мышцы — не колесики и пружинки, как в часах или в заводной игрушке. Это была более тонкая, более сложная работа. Не думаю, что такое под силу кому-то из людей. Но конечно, это не был бренчалка, свалившийся с неба или обронивший свою руку.