Вначале ювелир заподозрил было, что тот скупает их и перепродает в своей части Города, но когда старик навел справки, оказалось, что это не так. Украшения никогда больше никто нигде не видел. Это делало неубедительной и версию Маленькой Разбойницы о том, что у человека было множество жен или любовниц, которым он и дарил украшения. Ведь жены поспешили бы надеть их куда-нибудь, а об этом ювелиру бы обязательно рассказали. Так что они с хозяином лавки пришли к единственно возможному выводу — человек хранил их все дома и любовался на камни в одиночестве, никуда украшения не надевая и никому не показывая. Что же, он имел на это полное право, хотя старику, очевидно, было очень обидно — он был прекрасным мастером и любил, чтобы его вещи видели на людях.

И еще одно было непонятно — откуда у него деньги? В Городе не было богачей, способных на такие траты, об этом ювелир знал точно. Да и Разбойница тоже.

В общем, человек изрядно интриговал — было ясно, что с ним что-то не так, но в чем дело, ни девушка, ни старик не могли догадаться. Отказаться от клиента, который приносил ему половину месячной выручки, ювелир тоже не мог — в Городе его услуги не пользовались особым спросом.

Но, по его словам, человек заходил в лавку каждую неделю, ни одной не пропуская, уже несколько лет, и старик постепенно свыкся со странным посетителем.

Брюнет обычно появлялся ближе к закрытию, когда клиентов уже не было, а если в лавке кто-то находился, то ждал снаружи, пока тот не уходил. Старик ему вопросов не задавал, он не любил лезть в чужие дела. Маленькая Разбойница тоже помалкивала до поры до времени, хотя ее любопытство разгоралось все больше. Но однажды хозяин все же не выдержал:

— Простите, — спросил он мужчину. — Вы мой давний клиент, каждую неделю приходите.

— Рад, что вы заметили, — сухо ответил тот.

— Да, — продолжил ювелир. — И я хотел вам задать один вопрос.

Мужчина выжидающе посмотрел на него.