Через какое-то время Маус упала. Сиран тоже упал рядом. Они лежали, тяжело дыша, вздрагивая и трясясь, как охваченные паникой животные. Когда появился свет, Сиран слегка вскрикнул. Маус крепко прижалась к нему, как будто хотела раствориться в его теле. Ее била дрожь.

— Кири, — шептала она. — Кири, что это?

Сиран прижал ее голову к своему плечу и погладил.

— Не знаю, милочка. Но теперь все в порядке. Оно ушло.

Уйти-то ушло, но может вернуться. Ведь однажды уж так было. В следующий раз оно может остаться.

Тьма и внезапный холод.

В мозгу Сирана стали возникать старые легенды.

Если Бас Бессмертный существует и Камень Судьбы тоже, и этот Камень дает Басу власть над жизнью и смертью во всем мире… что тогда?

Может, Басу надоел мир, и он хочет уничтожить его?

Рациональное упрямство человека, говорящее, что такого нет, потому что никогда и не было раньше, помогло Сирану успокоиться. Но он не мог уверить себя, что мрака не было, поскольку его никогда не было и раньше.

Он тряхнул головой и стал поднимать Маус, когда его чуткие уши уловили звук. Бежали. Несколько человек.

Спрятаться здесь было негде. Сиран поставил Маус позади себя и ждал, пригнувшись.

Это был охотник, за ним отшельник, прихрамывающий, как большой кот, а позади — третий человек. Все они выглядели слегка спятившими и, похоже, не собирались останавливаться.

— Эй! — крикнул им Сиран.

Они одновременно замедлили ход, глядя на Сирана странно-пустынными глазами. Сиран рассердился, потому что сам-то он уж пришел в себя.

— Все уже прошло. Чего вы испугались… Все ушло. Он выругал их, больше от чувства, чем по справедливости. — Что там с Калдами? Что вообще произошло там?

Охотник провел своей громадной лапой по лицу и рыжей бороде:

— Там все спятили. Есть убитые и раненые. Некоторые убежали, как вы. Остальных захватили снова. Он дернул головой, — Они идут сюда. Охотятся за нами. Эти серые звери идут по запаху.