Итак, Нолия Ларр не была избалованной или пресыщенной, как все те кто вынырнул из рядов "позолоченной" молодежи, гламур не одолел ее, как многих барышень из перезрелых миров и не превратил в этакую Blondie Barbie. Однако не обошлось и без некоторых перемен. Время не стояло на месте, теперь Нолия была состоятельна, образована, вхожа в столичное общество, и это не могло не сказаться на ее действиях и вкусах. Волшебница уже умела получать от жизни великосветские радости. Она не особенно к этому стремилась, но, кое-какие глянцевые журнальчики почитывала, а иногда даже брала оттуда кое-что себе в обиход. То одно, то другое. Короче, старалась быть в курсе "кто, где и как", и, как это называлось в тех же журнальчиках, "соответствовать теме"... Все-таки теперь она дама высшего света, не абы кто.
В данный момент, например, она томно нежилась в объятиях модной, осенне-летней шубки из драгоценных мехов, вдыхала ароматы модной наркотической сигаретки и любовалась, доносящимся из ближайшего леска, пением Ночных Крыс.
Забава эта, тоже, кстати, очень модная - далеко не так безопасна, как может показаться на основании строк выше. Даже для супруги первостепенного мага вроде нее, в усладах пением ночных сирен оставалась известная толика риска. Пока Халивельд в отъезде, "певцы" могли и позабыть о страхе перед силой волшебника. Вероятность небольшая, но с ней все же приходилось считаться, поэтому у чародейки была припасена страховка.