- Куда теперь? - спросил себя Эдгар, не отрывая взгляда от того места во мраке (снова набежали тучи, какие-то никогда не виданные Эдгаром, - особенные, русские тучи), где находилась голова царя Петра: казалось, он все слышит, что говорят внизу, подле памятника. - Куда мне теперь? - спросил уже не только себя Эдгар.

Ему хотелось есть, пить, привычно тянуло на спиртное. Он взглянул на часы: четыре без пяти минут, но - так ли в Санкт-Петербурге, может быть, здесь уже шесть или меньше? Эдгар увидел недалеко от памятника скамью с подлокотниками, сел на нее и только в это мгновение во всей реальности представил и понял: он на чужбине, в чужом городе, ночью, ни души кругом, только тучи, рваные, как нищие на мосту в Балтиморе, только ветер, несмелый и потому озорной, дующий в спину, с той стороны, откуда так недавно прибыл "Роберт Фултон" с каким-то загадочным грузом... В самом деле, что же доставил в русскую столицу американский корабль?

- Надо как можно скорее повидать нашего консула, - вслух произнес Эдгар. - А может быть, здесь есть и посол? Наверное, наверное, - ведь Санкт-Петербург - столица России...

На секунду ему показалось, что всадник на граните что-то громко сказал коню и тот ударил копытами, Эдгар испуганно поднялся со скамьи.

- А ты чего здесь, барин? - спросил подошедший будочник. - Ты, вижу, заморский человек?

- Не понимаю, - по-русски ответил Эдгар и широко и дружелюбно улыбнулся, как он всегда улыбался всем людям, и, возможно, поэтому был так несчастен. - Не понимаю, - с особенным удовольствием повторил он. - Санкт-Петербург, Америка, Эдгар Аллан По, - выпалил он одним духом и немало тем напугал будочника: тот даже отступил в сторону, а потом рассмеялся.