ЛАНЦЕЛОТ: Ну должен же он как-то поддерживать свою популярность?

ШАРЛЕМАНЬ: А зачем?

ЛАНЦЕЛОТ (раздражённо): Всё-всё-всё, больше не надо. Ох, как я ненавижу разговаривать о делах с лохами. Сами путаются, и меня путают. Хорошо, зайдём с другой стороны. Что хорошего вам сделал дракон? Конкретно, факты?

ШАРЛЕМАНЬ: Ну, если припомнить... Когда нашему городу грозила холера, он по просьбе городского врача дохнул своим огнем на озеро и вскипятил его. Весь город пил кипяченую воду и был спасен от эпидемии.

ЛАНЦЕЛОТ: Давно это было?

ШАРЛЕМАНЬ: О нет. Всего восемьдесят два года назад. Но добрые дела не забываются.

ЛАНЦЕЛОТ: Фу, какой дешёвый популизм. Это я говорю как специалист по добрым делам.

ШАРЛЕМАНЬ (сдержанно): Вам, наверное, виднее.

ЛАНЦЕЛОТ: А что он еще сделал доброго?

Эльза берёт сигарету, закуривает.

ШАРЛЕМАНЬ: Он избавил нас от цыган.

ЛАНЦЕЛОТ: Но цыгане - очень милые люди.

ШАРЛЕМАНЬ: Что вы! Какой ужас! Я, правда, в жизни своей не видал ни одного цыгана. Но я еще в школе проходил, что это люди страшные.

ЛАНЦЕЛОТ: Но почему?

ШАРЛЕМАНЬ: Это бродяги по природе, по крови. Они - враги любой государственной системы, иначе они обосновались бы где-нибудь, а не бродили бы туда-сюда. Они воруют детей. Они проникают всюду. Теперь мы вовсе очистились от них, но еще сто лет назад любой брюнет обязан был доказать, что в нем нет цыганской крови.

ЛАНЦЕЛОТ: Кто вам рассказал все это о цыганах?

ШАРЛЕМАНЬ: Наш дракон. А разве они не воруют?

ЛАНЦЕЛОТ: Допустим, воруют. Ну и что? Какое это имеет значение? Вы что, расист?

ШАРЛЕМАНЬ: Нет, что вы! Но ведь воровать, особенно детей... это ужасно.

ЛАНЦЕЛОТ: Вы так думаете?

ШАРЛЕМАНЬ: Конечно. А как же ещё?

ЛАНЦЕЛОТ (наставительно): То, что вы называете "кражей" - это национальной обычай, неотъемлемая часть цыганской культуры...

Эльза берёт сигарету, закуривает. В дальнейшем она курит непрерывно.