Джим и не заметил, как добрался до двери в комнату, в которой обычно останавливался Каролинус. Джим отворил дверь и вошел в помещение. Брайен стоял у одной из бойниц, выглядывая во двор.

- Шустрый малый, - обронил Брайен, оторвавшись от своего занятия. - Но я действительно никогда не видел такого герба, хотя, возможно, мне его и описывали, а быть может, и называли имя его владельца. Сдается мне, я слышал об этом рыцаре. Броудбент? Хотя нет. Ладно, зачем гадать...

Брайен замолчал. В комнату вошли миссис Плайсет и Мэй Хизер. Гвиннет Плайсет держала в руках поднос с двумя кувшинами и четырьмя стаканами. В одном кувшине было вино, в другом - вода. Мэй Хизер несла тарелку с небольшими пирожными. Обе женщины широко улыбались. Поставив принесенное на стол, Гвиннет Плайсет и Мэй Хизер сделали реверанс и, не переставая во весь рот улыбаться, попятились к выходу, должно быть показывая всем своим видом, что не смеют повернуться спиной к господам, служить которым для них поистине превеликое счастье.

Когда дверь за женщинами закрылась, Джим понял в чем дело. Мэй Хизер только что перевели из кухни в буфетную, и миссис Плайсет показывала новенькой, как надо прислуживать лорду и его гостю. Если бы так действительно Джиму прислуживали! Ничего подобного. Насколько он помнил, сама миссис Плайсет не почтила его улыбкой ни разу. Если ей доводилось подавать Джиму еду, то всегда казалось, что она делает ему великое одолжение. Ешь и помалкивай - вот что можно было прочесть на лице Гвиннет Плайсет.

Брайену было не до служанок. Он уже набил рот пирожным и, сидя за столом, разливал вино по стаканам.

- Так вот я и говорю, зачем гадать: скоро явится твой управляющий и оповестит нас, что за рыцарь пожаловал в Маленконтри, - расправившись с пирожным, изрек Брайен.

Он поднял стакан с вином и добавил:

- Все объяснится само собой.

Неожиданно Брайен поставил стакан на стол и потянулся к кувшину с водой. К удивлению Джима, Брайен разбавил вино, что он делал лишь на официальных приемах, и то скрепя сердце.