- Рыцарь-Дракон он или нет, - сказала Элли, не двигаясь и продолжая стоять в изголовье кровати со сложенными руками, - это не его владения, а земля, которая принадлежит только магу, о котором мы заботимся. Здесь распоряжаемся мы. Вон отсюда! Вон! Вон!

Меч Теолафа со скрежетом вылетел из ножен.

- Как прикажет милорд? - спросил он, сверкая глазами. - Позвать моих людей, вытащить их обеих из дома и повесить?

- Повесить? - звенящим голосом воскликнула Энджи. - Нет! Это, должно быть, ведьмы. Сжечь их! Схватить и сжечь, обеих!

Та, что прижалась к стене и, очевидно, была сестрой по имени Эльдра, вскрикнула и еще сильнее вжалась в стенку. Даже Элли, ту, что стояла у кровати, похоже, это поразило. Джим удивленно уставился на Энджи. Он никогда раньше не замечал у нее такого тона да и таких выражений. И это его нежная Энджи говорит о том, чтобы сжечь людей живьем? Затем он сообразил, что Энджи угрожает не всерьез. Она просто хочет сломить сопротивление более упрямой сестры.

И все же Элли стойко не отходила от кровати, несмотря на то, что даже при тусклом свете, просачивавшемся в дом сквозь несколько узких оконец, было видно, как она побледнела.

- Говорить о том, чтобы сжечь, - это одно. А вот сделать это - совсем другое, - упрямо заявила она. - Может, у нас поблизости есть друзья, которые замолвят за нас словечко, если воины попробуют нас тронуть, милорд...

- Прошу прощения, милорд, прошу прощения, миледи, - вмешался новый голос, и появился низенький человечек, одетый в потрепанное коричневое одеяние, подпоясанное веревкой, скрепленной на поясе тремя узлами, - рясу отца францисканца; он вынырнул из тени под лестницей, ведущей на верхний этаж. У него были темные грязные и лохматые волосы, на макушке выбрита тонзура. - В самом деле, милостивые господа, эти две добрые женщины делают все что могут, чтобы помочь магу, который серьезно болен. - Он вышел и встал напротив Джима и Энджи, не обращая никакого внимания на Теолафа и его обнаженный меч. - Я отец Морель, - сказал он, - пастырь той небольшой паствы, которую вы видели перед домом. - Он перекрестился. - Да хранит их Господь вместе с магом, этими двумя добрыми женщинами и вашей светлостью. - Он опять перекрестился. - Dominus vobiscum.