— Пресноводного? — прошептал Геррак.

— Да, сэр Геррак, — ответил Джим.

— Тогда тебе точно повезло. Жиль. Ты слышишь? — сказал Геррак сыну. — Ты поблагодарил сэра Джима?

— Я… случая не было, отец, — пробормотал Жиль. — Сэр Джеймс, прими мою благодарность не только за то, что открыл мне сейчас глаза на опасность, исходящую от этой прекрасной леди, но и за то, что в тот день поставил меня там, где я мог стяжать славу.

— Хорошо сказано, хотя и поздновато, — прорычал Геррак. — Жиль, ты стяжал честь всей нашей семье.

Жиль побагровел, как маков цвет.

— Так как, Гектор? — обернулся Геррак к другому сыну. — Как ты думаешь, заслужил твой брат право на балладу?

— Конечно, отец… — заикаясь, ответил тот. — Я желаю только одного: пусть и мне однажды выпадет случай доказать, что я хотя бы вполовину достоин такой же баллады.

— Прекрасно! — рявкнул Геррак. — Что ж, милорд, хватит говорить о Жиле.

Остаток вечера мы будем веселиться и беседовать о других вещах. Как прошло ваше путешествие?

— Превосходно, — отозвался Брайен. — Теперь весна; зима наконец кончилась, так что ехать было одно удовольствие. Но не могли бы вы просветить нас относительно одного странного и, я бы даже сказал, жуткого события, произошедшего с нами по пути в ваш замок. Нам встретились пять рыцарей в латах…

Джим заметил, что все семейство де Мер как-то подобралось, а лица их посуровели.

— …ну, с копьями, конечно, — беспечно продолжал Брайен, — но вот лошадей мы как-то не разглядели, хотя они вроде бы сидели в седлах. Они явно хотели напасть на нас, но Дэффид отогнал их стрелами, прежде чем они приблизились. А когда мы решили посмотреть, кто это свалился с коня, то увидели доспехи, копье, кое-какую одежду, а больше — ничего. Все остальное — и конь, и тот человек, который был в доспехах, — пропало без следа.

Брайен замолчал, ибо и он сам, и Дэффид, и Джим увидели, как изменились лица хозяев. Физиономии Геррака и Жиля своей непроницаемостью напоминали гранитные скалы, а прочие побелели как полотно.